Разработка расширений Joomla

«Есть у человека – долг и право»

Герой нашего интервью – личность неординарная. Ученый-биолог Дмитрий Антонович Сахаров больше известен как один из основателей авторской песни и поэт, публикующийся под псевдонимом Дмитрий Сухарев. Он лауреат Государственной премии РФ по литературе имени Булата Окуджавы, автор поэтических сборников и музыкальных спектаклей. Широкому кругу лиц Дмитрий Антонович знаком по песне из кинофильма «Москва слезам не верит» - «Александра, Александра, этот город наш с тобою…». Об истории создания песни, о друзьях-соавторах - Юрии Визборе и Сергее Никитине, о Москве как современном городе, о стихах, о любви к Отечеству, речь и пойдет в нашем сегодняшнем интервью.

 

 


- Дмитрий Антонович, одна моя знакомая юная поэтесса сказала мне, что для нее самое страшное - это лишиться возможности писать стихи. Простым языком это звучит так: потерять вдохновение, дар. Что Вы ей посоветуете?

- У меня таких страхов никогда не было. Мне кажется, что если есть профессия, если есть чем заняться, пустота тебе не грозит. В мои молодые годы многие сверстники бросали работу, едва напечатав первые стихи. Но ведь стихи не пишутся всегда. В итоге спивались. Я с профессией не расстался, стихам это не навредило.

- А в вашей профессиональной деятельности вас что-то пугает?

- Моя профессия – нейробиология. Пугает отсутствие продуманной системы поддержки фундаментальных исследований. Мы шли вровень с мировой наукой о мозге, в некоторых разделах даже лидировали, а сейчас едва держимся на последних остатках советского наследия. Это угроза для безопасности страны. Но вернёмся к вашей знакомой. Посоветуйте ей хоть детей, что ли, в школе учить, как делают несколько близких мне поэтов. Именно трудоголики неизменно радуют своими стихами. Назову хоть Машу Фаликман, она психолог, тянет воз за десятерых, недавно защитила докторскую. Главное - не давать себе поблажки, и дар вашу поэтессу не покинет.

- Как тут не вспомнить стихи Николая Заболоцкого - «Душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь». Кстати, на ваш взгляд, как правильно говорить: поэт или поэтесса?

- Хороший вопрос. Назвав свою знакомую поэтессой, вы, я думаю, интуитивно выбрали правильное слово. А вот назвать поэтессой Марину Ивановну Цветаеву язык не повернётся. «Поэт» и «поэтесса» не синонимы, каждое из двух слов - правильное, если стоит на своём месте. Ахматову долго считали талантливой поэтессой, но началась большая война, Анну Андреевну эвакуировали из осажденного Ленинграда в Ташкент, и там она стала большим поэтом. Сравните ее довоенные стихи с ташкентскими: небо и земля. Мне как уроженцу и патриоту Ташкента это лестно сознавать.

- В вашей жизни немалую роль сыграло знакомство с Сергеем Никитиным. Как оно возникло?

- Оно возникло в МГУ в связи с каким-то межфакультетским концертом. Никитин только-только поступил на физфак, я был вдвое старше его и работал на биофаке. Знакомство оказалось мимолётным, в памяти ничего не осталось. Однако через некоторое время появился Виктор Берковский, он напористо втянул Никитина и меня в пропаганду собственных песен, которые нам обоим нравились. Вскоре мы все трое оказались в поле притяжения Юрия Визбора. Визбор, человек компанейский, включил нас в свой ближайший круг, где к тому времени уже существовали Вениамин Смехов и Аркадий Мартыновский. Плюс жёны. Собирались часто и по всякому поводу, не только на дни рождения. При этом четверо из шести мужиков – Берковский, Визбор, Веня и Аркаша – были природными лидерами, разве что не бодались. Наперебой импровизировали, блистали остроумием. Никитин и я, молчаливое меньшинство, были оттеснены на обочину этого шумного социума, там и сошлись. Разница в возрасте как бы испарилась, нам стало комфортно вдвоём. Если предстояла серьёзная работа, уезжали из Москвы, чтобы никто не мешал. Обычно уединялись в академгородке Пущино, где нам была доступна пустующая квартира.

- Давайте поговорим о вашей "визитной карточке". Я имею в виду песню к кинофильму Владимира Меньшова "Москва слезам не верит", написанную с легкой руки Сергея Никитина и ставшую народной. Не могли бы вы припомнить историю создания этой песни?

- Популярность песни, прежде всего, связана с тем, что фильм Меньшова очень любим людьми. Если не ошибаюсь, мы работали над «Александрой» как раз в той самой пущинской квартире. Но вы немного ошиблись: «Александра» не была написана с лёгкой руки Никитина. Лёгкая рука была моя. Почти все наши общие песни (а их десятки) начинались со стихов, это нормально. Был единственный случай, когда музыка предшествовала стихам и определила их тональность, - это песня «Вместе с тем» («Жизнь до конца ясна…»). Кстати, и с Виктором Берковским только одна общая песня началась с мелодии – «Альма-матер».

С «Александрой» было так. Меньшов показал нам отснятый материал и попросил песню на титры, после чего мы с Никитиным разошлись и каждый, подобно Винни-Пуху, обхватил голову руками. Не знаю, что тогда гудело в голове любимого композитора, но в моей, вне всякой логики, вдруг навязчиво зазвучал повтор: Александра, Александра... Доверившись этому звуку, я предложил черновик стихов. Никитин завёлся. Мы сочинили и отмели несколько вариантов. Никитин, как у нас было принято, давал ценные советы по стихам, я иногда вмешивался в его музыкальные ходы. Некоторые из вариантов были куда бодрей окончательного. Например, такой:

Александра, Александра,
Это что пред нами кружит?
Это с неба, наподобие десанта,
Ясень высыпает семена.
Семенами ясень кружит,
Ясень брешь в асфальте обнаружит,
Ясень веточкой пробьётся, Александра,
И пойдут другие времена!

Музыка была духоподъёмная, сродни словам. Всё же мы остановились на более элегическом решении и принесли песню заказчику. Владимир Валентинович удивился: почему Александра? Ведь героиню-то зовут Катерина! Но спорить не стал.

Сдали готовую работу, и я на несколько месяцев уехал в Венгрию по договору о научном сотрудничестве. Пока я там вкалывал в нервные клетки стеклянные микроэлектроды, Меньшову понадобилось, чтобы песня стала длиннее. Срочно мобилизовали нашего общего друга Юрия Визбора, он спас положение. Так что я решительно не могу считать «Александру» своей визитной карточкой. И не только из-за соавторов. Сознаю, что качество стихов довольно среднее. Кроме всего прочего, я не выступальщик, а визитная карточка - инструмент выступальщика. Он выходит на сцену и первым делом поёт хорошо знакомую песню, которая должна расположить к нему публику. А наш брат, литератор, работает за письменным столом, где никого размягчать не требуется. У нас визитных карточек не бывает.

- Имеет ли сейчас Москва, на ваш взгляд, свое "лицо", о котором пелось в песне, и возможно ли "надышаться" этим городом в эпоху хаотичной застройки, сносов памятников русской старины, повального заселения города мигрантами, когда не встретишь "русского лица"?

- Не могу согласиться. По-моему, в последнее время Москва похорошела, мне она по-прежнему нравится. Раньше в Москве не было ни душистых тандырных лепёшек, ни самсы, а теперь на каждом углу. Мигрантов гонит в Москву безработица, среди них есть узбеки - мои земляки, точнее, братья. Беды мигрантов мне близки. Гибель Советского Союза наделала много бед, но кому могу я предъявить претензии? Разве что самому себе. Когда ликвидировали нашу общую родину, я был взрослым человеком. И что же? Пальцем о палец не ударил для её спасения.

- Давайте поразмышляем над вашим стихотворением "Письма русскому другу". Там есть такие строки: "Если выпало в Империи родиться, лучше в ней и помереть, она родная". Вас никогда не посещали думы об эмиграции? В этих строках говорится больше о патриотизме или приверженности своим корням? Для вас слово "патриотизм" - не пошлое слово из разряда "духовных скреп", о которых говорится сейчас так много? Почему для вас "ворюга милее, чем предатель"? В клипе, снятом на это стихотворение показывается ваш быт, ваша дача и окрестности, не так ли?

- Вопросов много, начну с последнего. Да, в клипе, где я читаю "Письма русскому другу", показан кусочек садового товарищества «Театральный». Моя мать работала в театре, участок остался мне от неё. Почти уже полвека назад миллионы советских семей получили от власти царский подарок - шесть соток неугодий. Были болота, стали сады. Всё своими руками. На нашем участке выросли мои внуки и внучки, а на соседнем росли две внучки Визбора. Их бабушка, тоже актриса, в молодости прославилась участием в фильме «Июньский дождь», а у себя в театре играла главную роль в спектакле «Мэри Поппинс». Чуть поодаль растит своих внуков еще одна симпатичная бабушка, она в том же спектакле играла мальчика Майкла. Мы с Берковским и Никитиным по просьбе Визбора написали для этого спектакля кучу песен. Визбор был настоящий друг, это большая редкость. К концу его жизни мы стали очень близки. Так жаль, что ему не довелось наблюдать, как его внучки Маша и Саша и моя внучка Сима занимаются совместным творчеством в общей песочнице. В клипе виден также мой кот Кесарь, бредущий вдоль кустов сирени под звуки лютни Вадима Козлова. Котика тоже уже нет с нами, увы. С клипом можно познакомиться здесь: 

Теперь о моём стихотворении. Оно написано в жанре поздравлялки - я поздравляю с круглой датой давнего друга, Александра Завеновича Мирзаяна. Мой друг известен глубокими размышлениями о судьбах родного языка и отечественной культуры, это важно иметь в виду. Но вообще-то он бард и положил на музыку несколько стихотворений Иосифа Бродского, в том числе знаменитые «Письма римскому другу». Адаптируя «Письма римскому другу» к юбиляру, я решал трудно совместимые задачи. Нужно было заменить античные реалии нашими, российскими - поневоле получается смешно. Но одновременно надлежало оставаться на уровне серьёзности, присущей Мирзаяну. Такова стилистика этой вещи.

«Если выпало в Империи родиться…». Родина, род, родня, родители, родной язык, народ – ведь это не просто однокоренные понятия. И они не с неба свалились, за ними пот и кровь поколений. И всё это ради того, чтобы каждый в свой срок родился и получил положенное по наследству. А получив – сохранил и преумножил и передал дальше по цепочке: вернул долг. Единая, сквозная система естественного долга.

Посещали ли меня «думы об эмиграции»? Отвечу так: да, я давно уже осознал, что имею право эмигрировать. Меня здесь занимает другое: почему все говорят о праве и почти никто о долге? Права человека, права человека… Какой-то мозговой вывих. Хочется договорить эту нехитрую мысль без пафоса. Поможет Александр Межиров, один из любимейших поэтов фронтового поколения:

…Волокли его на волокуше,
Навалили ватники - озноб.
Говорит. А голос - глуше, глуше,
До глубин души - и глубже, в души,
Как в газетах пишут, - до основ.

Молвит, умирая: или - или;
Долг - стоять, но право - отойти.
Егерей эсэсовцы сменили,
А у нас резерва нет почти.

Слева полк эсэсовский, а справа...
Не договорил...
Навечно смолк...
Есть у человека - долг и право...
Долг и право... долг и право... Долг.

Так и с эмиграцией: или – или. Долг - стоять, но право - улизнуть. Среднестатистический человек иногда вспоминает о долге перед родившей его матерью, но о врождённой обязанности перед землёй и речью можно как бы не думать. С лёгкостью необыкновенной подаются в иноязычные края. А кем там без родины вырастут внуки? Кто сбережёт родной язык? Бросить родину аморально. Это в своё время толково объяснил Юлию Киму другой замечательный поэт-фронтовик, Давид Самойлов. И мой склонный к эмиграции друг понял старшего товарища: «Всё-таки русский интеллигент, да еще всю Отечественную прошел. Для таких понятие «долг перед Отечеством» - не звук пустой» (Ю. Ким, «Воспоминания о Давиде»).

Почему «ворюга милее, чем предатель»? Да просто потому, что человек, предавший естественный долг, хуже всех. В частности, хуже ворюги. Украсть у Отечества – не такая мерзость, как предать Отечество. Дональд Трамп, став президентом, первым делом учредил День Патриотизма. Есть смысл подумать, уместны ли шуточки по поводу духовных скреп.

- Поговорим о другом вашем стихотворении, "Прощание с Родиной", ставшем основой для клипа, где вы исполняете эти стихи под музыку того же Вадима Козлова: https://www.youtube.com/watch?v=LXIOslX6acE
Почему Родина вызывает у вас такое чувство щемящей сердце грусти? Как родился ваш тандем с Вадимом Козловым?

Эта песня грустная, потому что в жизни многое печалит, особенно на финальном ее отрезке. Мои контакты с Вадимым Козловым не были настолько стабильными, чтобы говорить о тандеме, но качество его музыкальных решений мне всегда казалось высоким. Добавлю, что Вадим исключительно талантлив и как стихотворец. Этим он отличается от других «моих» музыкантов, но зато похож на свою жену, Ольгу Качанову. Я давно дружу с этой звёздной (в высшем смысле слова) парой, не раз гостил у них в Алма-Ате, где Ольга и Вадим вырастили поколение местных бардов и сделали авторскую песню составной частью культуры современного Казахстана. Вот Ольга и Вадим – настоящий тандем. Не могу не отметить благородную особенность Вадима – он всегда держится в тени Ольги, уступая ей первенство во всём. Такую жизненную стратегию увидишь нечасто.

- Вы жили и творили в эпоху физиков и лириков. Как вы думаете, куда исчез класс физиков и что стало с лириками? Когда произошло это исчезновение? Не стоим ли мы снова на перепутье, именующемся безвременьем?

Знаменитое стихотворение Бориса Слуцкого «Физики и лирики» родилось на пороге 60-х, оно отразило взрыв всеобщего интереса к успехам науки и техники. Но шестидесятые вовсе не стали безвременьем, совсем наоборот. Лирики в лице поэтов-шестидесятников вскоре взяли реванш, переключив интерес на себя. Спор продолжается и поныне, никто никуда не исчез, но взаимоотношения сторон изменились в сторону взаимообогащения. Желающих писать стихи стало намного больше, чем было раньше. Но мало желающих читать поэзию. Еще меньше стало желающих разгадывать тайны природы. Однако успешными «лириками» всё чаще становятся как раз «физики», это знаменательно. И поговорить о поэзии стало интересней с «физиком», чем с «лириком». Так мне кажется.

Стоим ли мы на перепутье? Выбор верного пути всегда непрост. Ответственность велика, она на каждом из нас. Закончу советом того же великого поэта – Бориса Слуцкого:

Надо думать, а не улыбаться.
Надо книжки трудные читать.
Надо проверять — и ушибаться,
Мнения не слишком почитать.
Мелкие пожизненные хлопоты
По добыче славы и деньжат
К жизненному опыту
Не принадлежат.

Беседовал Артем Лебедев

Фото Вячеслав Коротихин